Исраил 95REG (israil_95reg) wrote,
Исраил 95REG
israil_95reg

Categories:

О мягком транзите власти в Султанате Оман

С плавным переходом власти в руки двоюродного брата умершего султана и бывшего министра культуры и наследия, 65-летнего Хайтама бен Тарика Аль Саида Султанат Оман анонсировал преемственность как внутреннего, так и внешнеполитического курса. Краеугольным камнем международного курса Омана является ставка на нейтралитет и невмешательство в острые региональные конфликты и споры. Многие десятилетия султану Кабусу удавалось уверенно маневрировать между крупными региональными державами и внешними игроками на этом фронте. В итоге он смог заработать себе имидж не просто нейтрального наблюдателя, но и важнейшего и доверительного посредника и медиатора во многих переговорных процессах в ближневосточном конфликтном регулировании. Удастся ли новому султану избежать втягивания Омана в орбиту различных интересов противоборствующих сил в регионе, особенно на фоне раскаленной обстановки вокруг Ирана.



Во внутренней политике Омана базовым постулатом является ставка на нефтяные ресурсы как основу стабильного и устойчивого развития местной экономики. С учетом скромных масштабов Омана и небольшой численности населения (4.6 млн человек), средств, которые поступают от нефтяной отрасли, оказывается вполне достаточно, даже в периоды турбулентности на мировых нефтяных рынках и падения цен на энергоресурсы.

Также очевидно преемственность сохранится и в социальной политике. Возникшая в 2011 г на волне феномена "арабской весны" наиболее острая угроза государственности Омана в форме массовых социальных протестов и недовольства населения была умело купирована, в том числе жесткими силовыми методами. Думается, насущные вопросы создания рабочих мест, особенно для молодежи, повышения заработных плат и ликвидации коррупции будут копиться, и их своевременное и адресное решение со стороны новых властей позволит упредить вероятный рост социального недовольства.

Очень многое будет зависеть не столько от прямых ассигнований из бюджета на социально значимые проекты (например, по улучшению транспортной инфраструктуры и строительству новых школ и больниц), но и от разумной политики нового султана по расширению и развитию альтернативных не нефтяных секторов экономики. Начатая прежним султаном политика диверсификации оманской экономики, особенно в сферах туризма и аграрного развития, не доведена до конца и потребует очевидного продолжения и преемственности.

Таким образом, мягкий транзит власти в Омане после смерти султана Кабуса можно считать состоявшимся: новый правитель декларировал в своих первых заявлениях твердую решимость продолжать дело предшественника в реализации долгосрочной стратегии развития Омана известной как "Видение 2040". Теперь первый год пребывания у власти нового султана станет критическим для практических шагов. При этом, думается, c учетом имевших место в стране потрясений и дестабилизации за последние 3-4 года, перед новым руководством стоит весьма непростой вызов.

Во-первых, с учетом начавшихся в последние годы попыток демократизации общественно-политической жизни Омана, пока не очень масштабных и удачных, от нового султана общество будет ожидать продолжение этого процесса. В частности, учрежденные недавно Государственный и Консультативный Советы призваны расширить участие гражданского общества в политических процессах. Эта инициатива не была доведена до конца и прогресс на треке демократизации общественно-политической жизни оценивался на конец 2019 г как незначительный. Выпускник Оксфорда, думается, будет проявлять последовательность в продвижении этого вопроса.

Во-вторых, в условиях эскалации конфликтов в регионе способность Омана продолжать проводить нейтральную, но активную внешнеполитическую линию, находится под вопросом. В частности, эта линия в последние годы подверглась большим испытаниям, особенно под воздействием конфликта в Йемене и инициированного Саудовской Аравией кризиса вокруг Катара. В обоих случаях Оману было сложно оставаться безучастным. В частности, в случае с катарским кризисом 2017 г, Оман не присоединился к торгово-экономической блокаде и незамедлительно предоставил Катару свои порты для отгрузки продовольствия и других важнейших товаров после того, как ОАЭ присоединились к блокаде Катара. Такая позиция Омана разумеется вызвало негативную реакцию у Саудовской Аравии и остальных союзников в регионе. Сегодня Оману еще сложнее оставаться безучастным на фоне разворачивающегося противостояния вокруг Ирана. Особенно с учетом того, что среди всех членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) у Омана с Ираном сложились наиболее прочные и дружественные отношения, и прежнее руководство страны всегда стремилось избегать прямого противодействия Тегерану и вовлекаться иранскую ядерную проблематику.

В-третьих, сохраняющаяся волатильность цен на нефть с 2014 г сильно ударила по финансам Омана, что привело в совокупности к образованию фискального дефицита и образованию раздутого государственного долга. Новому руководству придется проявить изобретательность, чтобы суметь стабилизировать финансовое положение страны, избегая при этом новых заимствований от финансовых институтов.

В-четвертых, неизменное падение уровня жизни и рост безработицы могут способствовать новой волне социальных протестов и недовольства. Особенно актуальна ситуация с растущей с каждым годом безработицей среди оманской молодежи, которая в своем большинстве высоко образована, но не может найти работу по профилю. Оманцы младше 20 лет на сегодняшний день составляют 55% всего населения страны. Молодежные, студенческие протесты в формате новой волны "арабской весны" могут угрожать Оману в 2020 г — и тогда придется применять силовые, насильственные методы подавления протестов, как это было в 2011 году. Прежней власти это удавалось, но с каждым годом все сложнее, одновременно провоцируя растущую критику со стороны международных правозащитных и гуманитарных организаций. При этом на том этапе социальных протестов султан Кабус умело балансировал силовые методы подавления недовольства с реальными бонусами для населения путем создание новых рабочих мест в госсекторе за счет нефтедолларов.

В-пятых, растущий экономический кризис и социальная дестабилизация ведут к росту межплеменных и межклановых противоречий в Омане, особенно в некогда мятежной мухафазе Дофар, общины которой теснее взаимодействуют с соседним Йеменом, нежели с оманской столицей, которую разделяют 800 км пустыни. Важным преимуществом прежнего оманского султана являлись его кровные связи с провинцией Дофар, что позволяло ему иметь дополнительный рычаг воздействия на переговорах с местными племенными вождями. У нового султана Хайтама такого преимущества не имеется, и ему придется с чистого листа искать точки соприкосновения с лидерами Дофара. С учетом обострения в последние года ситуации в соседнем Йемене, и активизацией там террористических групп ИГИЛ и Аль-Каиды, особенно в приграничной с Оманом йеменской МУХАФАЗЕ Махра, Дофар находится в особо уязвимом положении и требует внимания со стороны официального Маската.

Судя по первым шагам, главную ставку в обеспечении устойчивости политического и социально-экономического развития новый султан делает сегодня на экспорт энергоресурсов и либерализацию этой отрасли для иностранных инвесторов. Сегодня нефть, газ и нефтепродукты в совокупности составляют 65% всего оманского экспорта, причем наибольшую долю в структуре занимает сырая нефть. В частности, в новом бюджете на 2020 г Маскат рассчитывает увеличить на 11% доходы от газовой отрасли и интенсифицировать усилия по добыче и производству газа. Это позволит Оману нарастить ежегодный доход от газа и довести его до 5.7 млрд$. Государственная компания Petroloium Development Oman (PDO) совместно с британской компанией Petrofac получила от правительства новый контракт на развитие газового месторождения северо-восточный Мабрук. В долгосрочном плане правительство Омана рассчитывает на дальнейшее расширение производства и экспорта газа на базе месторождения Мабрук в 2021-2024 гг.

В случае сохранения высоких цен на энергоресурсы такая стратегия может быть успешной, но тем не менее недостаточной для обеспечения стабильного и поступательного социально-экономического развития. Если же волатильность цен на энергоресурсы вновь усилится – а с учетом политической ситуации на Ближнем Востоке такой сценарий наиболее вероятен – то и оманская экономика будет сильно зависеть от этих флюктуаций и колебаться в ту или иную сторону. Других стабилизирующих механизмов (альтернативные сектора экономики) в Омане пока не создано, и вероятно новому руководству страны придется также активно работать на этом направлении, с фокусом на создание рабочих мест в ненефтяном секторе, c упором на сельское хозяйство, туризм и пр. Однако это весьма длительный и дорогостоящий процесс. Например, доля аграрного сектора в ВВП Омана упала с 74% в 1961 г до 1.3% в 2013 г. Несмотря на предпринимаемые в последние годы усилия по развитию аграрного сектора, его доля к 2020 г выросла незначительно и составляет чуть более 2%.

Помимо экономического курса, важной проверкой на прочность станут действия Омана по назревшей демократизации и политической системы. Этот процесс был запущен прежним руководством и уже прошел точку невозврата – от нового султана Омана ожидаются конкретные шаги и инициативы на этом направлении.

Таким образом, несмотря на успех в целом бескровного и гладкого транзита власти в Омане после смерти многолетнего правителя султана Кабуса, и невзирая на политическую приверженность нового султана общей линии Муската на внешнем и внутреннем фронтах, впереди много вызовов и неопределенностей.
Tags: Оман
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments