Исраил 95REG (israil_95reg) wrote,
Исраил 95REG
israil_95reg

Category:

Турецкие и марокканские компании вытесняют французские с африканского рынка военных поставок

Активная политика Анкары по линии ВТС начинает выходит уже за пределы собственно прямой военной помощи в Ливии или продажи БПЛА в Тунис. Анкара начинает активно осваивать оружейные рынки стран зоны Сахеля и стран южнее Сахары, довольное жестко вторгаясь при этом в традиционные французские зоны влияния в этой сфере. Причем в нелетальной области военного сотрудничества.



Как констатируют французские эксперты, активная политика французских компаний MagForce International и Marck, которые были ведущими поставщиками оборудования и оружия для армий Западной и Центральной Африки в течение последних двух десятилетий, в настоящее время фактически сошла на нет в силу перманентных и долгоиграющих судебных процессов со своими африканскими клиентами. При этом конкуренты из развивающихся стран, которых возглавляют турецкая Barer Holding и марокканская Casport, используют эти трудности для того, чтобы утвердиться на этом прибыльном стратегическом рынке. В промышленном районе Какури, расположенном в южной части нигерийского города Кадуны, уже более десяти лет не наблюдалось такой промышленной активности. Рядом со старыми складами, построенными в 1960-х гг национальной компанией по производству военной техники Defence Industries Corporation of Nigeria (DICON), строится огромный текстильной завод. Владелец нового завода — турецкая компания Barer Holding, которая принадлежит бизнесмену Октаю Эрджану. В октябре группа создала совместное предприятие 50/50 с DICON для производства униформы и военной техники в Кадуне для нигерийского рынка, а также для остальной Западной Африки.

Отметим, что этот африканский рынок армейских закупок, особенно военной формы и нелетального снаряжения, всегда был стратегическим, мало открытым для конкуренции и высокорентабельным. Именно две французские компании, MagForce International и Marck, долгое время занимали на нем доминирующее положение, а соперничество между ними стало главным источником активности во франко-африканских деловых кругах. Так продолжалось до тех пор, пока обе группы не оказались втянутыми в одно и то же финансовое уголовное расследование. Кроме того, MagForce вовлечена в ожесточенный спор со своим бывшим председателем и главным исполнительным директором Франсуа Гонтье, которого она обвиняет в неоправданных убытках на 6 млн евро. Эти трудности замедлили их деловую активность и позволили турецкой Barer и марокканской Casport быстро заполнить этот вакуум. Глава Barer Октай Эрджан протестировал свою бизнес-модель в различных африканских странах, прежде чем инвестировать в Северную Нигерию, которая из-за исламистской опасности была в основном покинута западными компаниями, несмотря на то, что она был вотчиной президента Мухаммеда Бухари Совместное турецкое предприятие в Нигерии создается с полугосударственной компанией, которая находится под плотной опекой армии. Этот метод экономического закрепления был впервые турецкой группой опробован в Судане, где тогда активизировался альянс между Анкарой, Хартумом и Дохой, причем все режимы в значительной степени исповедовали идеологические доктрины "Братьев-мусульман". Barer заключил тогда договор о партнерстве с Министерством обороны Судана для создания завода по производству военной формы под названием Sur International, в котором он имел 67% контрольного пакета акций. Эта компания стала официальным поставщиком суданской армии, одной из самых крупных в Африке и входящей в саудовско-эмиратскую коалицию, сражающуюся с повстанцами-хоуситами в Йемене. Падение военного правительства президента Омара аль-Башира в середине апреля 2019 г и переход к гражданскому правлению оказали значительное негативное влияние на деловую активность Октая Эрджана, заставив его искать новые рынки в Нигерии и Чаде. В начале года он купил 70% акций Manufacture des Equipements Militaires (MANEM), которая отвечает за оснащение всех Вооруженных сил Чада внутри и за пределами страны. При этом заводы MANEM первоначально был построены французской компанией SOFRECAP, которая была основана Даниэлем Табурио и которая базируется в городе Ним на юге Франции.

Благодаря связям, существующим между французской армией и ее африканскими коллегами, французские поставщики оборудования долгое время были монополистами в Западной Африке, и две вышеперечисленные французские компании были особенно заметны: семейная Mark group, базирующаяся в Женневилье, к северо-западу от Парижа, и MagForce, компания, основанная в 1970-х гг Робертом Франчетти и базирующаяся в Обервилье на северной окраине французской столицы. В течение почти 20 лет обе компании яростно боролись между собой за контракты в Сахеле и Центральной Африке. MagForce получила доминирующее положение в Камеруне и Анголе, а Маrk был лидером в Мали и Габоне. Они использовали одни и те же методы, широко используя сомнительных коммерческих агентов и откровенный подкуп, и в конечном итоге вместе предстали перед судом. Само уголовное преследование стало возможным после того, как один из обиженных фирмой директоров по продажам компании MagForce инициативно передал в полицию материалы о "коррупции руководством компании иностранных должностных лиц и отмывании денег". Этот человек также передал многочисленные досье во французское подразделение по борьбе с финансовыми преступлениями OCRGDF. Его обвинения привели к тому, что в июне 2014 г был арестован председатель правления Mark Филипп Белин, а в октябре-основатель MagForce Роберт Франчетти.

Он даже был заключен в тюрьму на несколько недель по подозрению в отмывании денег, прежде чем был освобожден, а затем оправдан по этому обвинению в 2015 г. Но шесть лет спустя предварительное расследование, проводимое судьей Клер Тепо, все еще продолжается. Филипп Белин был допрошен, в частности, о коммерческих соглашениях, достигнутых им с корсиканским бизнесменом Мишелем Томи, который близок к президенту Мали Ибрагиму Бубакару Кейте и Майксенту Аккромбесси, бывшему главе администрации президента Габона Али Бонго. Роберт Франчетти должен был пролить свет на свои "деликатные отношения" с рядом государственных служащих в Министерстве обороны Камеруна: он все еще находится под залогом. В отличие от Белина, ему было запрещено управлять своей компанией. Этот запрет создал интригу внутри компании, что еще больше затруднило способность MagForce конкурировать со своими конкурентами.

Все это позволило турецкой Barer Holding и марокканской компании Casport получить преимущество в этом регионе на фоне юридических трудностей Mark и MagForce. Casport, которая имеет хорошие связи в Министерстве иностранных дел Марокко — ее председатель и генеральный директор Маджид Буталеб возглавляет марокканскую ассоциацию почетных консулов — уже выиграла серьезные контракты в Сенегале, Мавритании и Нигере. Как и у Barer Holding, у Casport есть завод в промышленной зоне Рабата, что снижает его африканские транспортные расходы. Она также пользуется активной поддержкой правительства Марокко, которое таким образом решает приказ марокканского короля по активизации процесса дипломатической и торговой экспансии монархии на африканском континенте. При этом частные компании по производству военной продукции являются ценными источниками разведывательной информации об армиях, в которые они осуществляют поставки. В том числе и в отношении ее реального боевого потенциала и численности. И турки с марокканцами сейчас этим активно пользуются. Причем вход на это рынок последних обусловлен еще и общим трендом Рабата на использование темы нелетального ВТС на африканском рынке с точки зрения укрепления своих позиций в Афросоюзе по вопросу Западной Сахары.

При этом Анкара не ограничивается только чисто экономическими шагами в отношении африканского направления. Турция внесла 5 млн евро в G5 Sahel (Буркина-Фасо, Мавритания, Мали, Нигер и Чад) через суверенный фонд панафриканских сил. После 10 млн евро, выделенных ОАЭ в феврале, это второй по величине существенный взнос, который будет выплачен в суверенный фонд G5. Анкара объявила о своем взносе в размере 5 млн евро в G5 Sahel еще весной прошлого года во время визита в Анкару президента Буркина-Фасо Марка Кристиана Каборе, который на тот момент являлся президентом G5 Sahel. Этот взнос частично использовался для финансирования закупки оборудования у различных турецких компаний, включая боеприпасы. В настоящее время обсуждаются по меньшей мере четыре проекта военного сотрудничества с западноафриканскими странами, и Анкара надеется, что это стратегическое сближение приведет к дальнейшему расширению деловых возможностей для ее военной промышленности, которая в настоящее время находится на подъеме.
Tags: Африка, Марокко, Сахель, Турция, Франция
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment