Исраил 95REG (israil_95reg) wrote,
Исраил 95REG
israil_95reg

Categories:

Вакцинная дипломатия в регионе MENA

Вакцинная дипломатия, или использование вакцин в качестве инструмента проецирования мягкой силы, вошла в политический словарь. В мире, где COVID-19 уносит ужасающие человеческие и финансовые потери, поставки вакцин обещают облегчение и взаимодействуют с уже существующими политическими и внешнеполитическими приоритетами. Китай и Россия стремились усилить свое влияние в регионе Ближнего Востока и Северной Африки (MENA), заключив ряд громких сделок по вакцинам. Это вызвало гнев осажденного Европейского Союза, чья самопровозглашенная цель - стать более геополитическим союзом, даже если его усилия по вакцинации внутри страны отстают от США и Великобритании.



В резко сформулированном заявлении президент Европейского совета Шарль Мишель 9 марта попытался вернуть себе инициативу. Он раскритиковал инициативы Китая и России как "крайне ограниченные, но широко освещаемые операции режимов с менее желательными ценностями, чем у нас". Он утверждал, что вместо того, чтобы отставать в спринте, Европа имеет хорошие возможности для того, чтобы лидировать в марафоне. Он отметил, что наряду с США Европа является крупнейшим производителем вакцин в мире и обладает технологическим преимуществом в области мРНК-вакцин, которую можно гибко адаптировать к будущим вирусным мутациям. В этом контексте он указал на многостороннюю инициативу COVAX. Которая направлена на обеспечение 20% населения мира доступными вакцинами и высоко оценивает роль ЕС в его запуске и финансировании - около четверти его почти 3 млрд евро финансирования поступает от ЕС и его государств-членов. Там не было никаких официальных реакций из Москвы и Пекина в комментарии Мишеля, но в России ранее обвинили ЕС в политизации вопроса о вакцинах.

Каковы позиция и активность стран MENA в развивающейся области вакцинной дипломатии и как она взаимодействует с предшествующими политическими тенденциями?

Можем выделить три группы:

(а) лидеры с их собственными попытками региональной дипломатии вакцин (Израиль, ОАЭ, Турция и Марокко),

(б) средняя группа с меньшим опытом, чем первая, которая может наверстать упущенное в среднесрочной перспективе. (например, Саудовская Аравия, Египет, Иран, Тунис, Алжир и Иордания)

(c) страны, которые столкнулись с серьезными препятствиями в проведении успешных кампаний вакцинации из-за отсутствия государственного потенциала, финансовых средств и политической стабильности (Сирия, Йемен, Ливия, Судан, и, возможно Ирак).

Китайская вакцина Sinopharm является краеугольным камнем кампаний вакцинации в ОАЭ и Марокко, а китайская вакцина Sinovac - в Турции. Sinopharm также проникла в Египет., Бахрейн, Ирак и Алжир. Российская вакцина Sputnik была распространена на палестинских территориях, в Сирии, Иране, ОАЭ и Египте. Вакцина мРНК от BioNTech / Pfizer уже используется в более "западных" странах региона, таких как Израиль, страны Персидского залива, Тунис, Ливан и Иордания, но кроме Израиля (который заключил сделку на раннем этапе), поставки по-прежнему ограничены, так как большая часть производства на данном этапе направляется в США и Европу. Вакцина на основе мРНК Moderna пока не играет большей роли в регионе, за исключением некоторых поставок в Саудовскую Аравию и Катар. Как и Sputnik, вакцина Astra Zeneca основана на векторной технологии. Это дешевле и может храниться в простом холодильнике, в отличие от мРНК-вакцин, требующих сложных цепей охлаждения. Таким образом, его легче развернуть в развивающихся странах.

На фоне развертывания вакцины в регионе MENA можно наблюдать три тенденции:

(а) международная вакцинальная дипломатия со стороны России, Китая и ЕС,

(б) региональная вакцинальная дипломатия со стороны ОАЭ, Марокко, Турции, Египта и Израиля

(c) взаимосвязь между развертыванием вакцины и внутренней политикой.

Китай и Россия вложили значительные средства, в то время как их усилия по вакцинации внутри страны все еще отстают. Китаю удалось успешно подавить пандемию у себя дома, но с Россией дело обстоит иначе. В результате тем более примечателен акцент, который делается на дипломатии вакцин. Русские, как и китайцы, используют свои вакцины, чтобы укрепить отношения с союзниками, наладить новые партнерские отношения и поставить западные страны в неловкое положение за их бездействие. Таким образом, они пытаются представить себя спасителями развивающегося мира и соответствующими державами в меняющемся мире. Уже сейчас можно различить нити, которые связаны с такой вакцинной дипломатией. В Турции это совпало с возможной ратификацией договора об экстрадиции с Китаем. Это вызвало обвинения со стороны оппозиционных законодателей в том, что турецкое правительство расправляется с уйгурскими беженцами, мусульманским меньшинством, преследуемым в Китае, в обмен на вакцины из Китая.

Китай также продвигает свои вакцины, предоставляя льготные визовые правила для тех, кто вакцинирован вакциной Sinovac от COVID-19 китайского производства. За последние недели более 20 китайских посольств по всему миру ввели новую визовую политику с этим условием, в том числе в США, Великобритании, Израиле, ОАЭ и другие места, где даже нет китайских вакцин. Это решение Китая по существу гласит: "Если вы хотите посетить нас, вести с нами дела или поддерживать какие-либо двусторонние отношения, вам следует принять нашу вакцину". Политику Китая можно рассматривать как реакцию на события, произошедшие на недавнем саммите Quad, на котором собрались лидеры США, Японии, Индии и Австралии. На саммите лидер американского режима - Байден объявил, что четыре страны объединят усилия для финансирования, производства и распространения не менее 1 миллиарда доз вакцины для Индо-Тихоокеанского региона к концу 2022 г

Во время своего недавнего визита в шесть стран региона (Иран, Саудовская Аравия, ОАЭ, Турция, Оман и Бахрейн) министр иностранных дел Китая Ван И рассказал о совместном предприятии по производству вакцин в ОАЭ. Во время своего визита Ван сказал, что его страна работает со всеми странами региона для борьбы с вирусом, а также сказал, что "Китай будет углублять сотрудничество в области вакцин с учетом потребностей стран региона и обсудить с ними трехстороннее сотрудничество в области вакцин с Африкой".

Россия, со своей стороны, находится в длительном процессе расширения своего влияния в регионе MENA. Вакцинная дипломатия - еще один инструмент, который помогает обновить имидж России как доброжелательной научно-технической державы. Вакцина Sputnik использовалась в качестве валюты транзакции в обмене пленными при посредничестве России между Израилем и Сирией. Россия также предоставила палестинцам "Спутник" в качестве щедрого гранта из Абу-Даби, организованного изгнанным палестинским лидером Мохаммедом Дахланом. Эти два случая демонстрируют уникальное положение вакцины Sputnik в попытках усилить влияние России в регионе.

И Китай, и Россия предлагают лицензионные сделки, которые еще не были предложены западными компаниями, и предполагают долгосрочное фармацевтическое сотрудничество, например участие в клинических контрольных испытаниях. Россия заключила сделку по поставке вакцины Sputnik с Египтом, где будут построены производственные мощности. В сотрудничестве с Sinopharm ОАЭ откроют предприятие по производству вакцин в Абу-Даби с заявленным намерением стать региональным центром торговли вакцинами. Например, вакцины Sinopharm, полученные в Египте и Сейшельских островах, были доставлены через ОАЭ. Египет, в свою очередь, надеется стать центром распространения вакцины Sputnik в Африке. Точно так же Марокко планирует производить вакцину Sinopharm на местном уровне после первоначальных поставок из Китая и надеется превратиться в центр распространения вакцины в Западной Африке, где в течение последних десятилетий проводилась интенсивная дипломатическая и экономическая информационно-пропагандистская деятельность. Похоже, у Турции есть аналогичные планы в отношении Синовака. Посол Турции в Китае Абдулкадир Эмин Онен сказал: "Мы надеемся на углубление нашего сотрудничества с Китаем с целью обеспечения справедливого и равноправного доступа к вакцинам против COVID-19 во всем мире, особенно для тех, кто в них нуждается в развивающихся странах". Помимо перераспределения иностранных вакцин, Израиль и Турция также разрабатывают свои собственные вакцины, как и Иран. Турецкие официальные лица связали запланированные испытания третьей фазы турецкой вакцины ERUCOV-VAC с амбициями по достижению большей самостоятельности, возможно, с ролью регионального поставщика вакцины.

Вакцинная дипломатия также влияет на внутреннюю политику. Успешное внедрение вакцинации может укрепить позиции осажденных действующих лиц, таких как премьер-министр Биньямин Нетаньяху в Израиле, президент Реджеп Тайип Эрдоган в Турции и король Марокко Мохаммед VI. Таким образом, они могли усилить ранее существовавшие тенденции к популизму или авторитаризму и персонализации политики в этих странах. Например, Израиль разработал свою собственную версию вакцинной дипломатии, отправляя меньшие избыточные дозы вакцины Moderna дружественным странам, таким как Гондурас и Чешская Республика. В высшей степени персонализированный характер процесса распределения побудил генерального прокурора Израиля, а также министра обороны Бенни Ганца критиковать односторонний и не институционализированный процесс принятия решений премьер-министром Нетаньяху. "Это не первый случай, когда важные решения в области безопасности и дипломатии принимаются за спиной соответствующих должностных лиц", - заявил Ганц, добавив, что эти действия нанесут возможный ущерб безопасности государства, международным отношениям и верховенству закона.

Еще одно яблоко политического раздора в регионе - это неравенство в доступе к вакцинам на местном уровне. В Турции курдские р-ны на юго-востоке намного отстают от остальной страны, рекордная вакцинация Израиля исключила палестинцев из- под его суверенитета на оккупированных территориях и в некоторых странах Персидского залива, таких как Кувейт. Синие воротнички-мигранты получили меньший приоритет в доступе к вакцинам, что усугубило их неустойчивый социальный статус.

На этом фоне понятно, почему Шарль Мишель чувствовал себя обязанным подчеркнуть значительный экспорт вакцин из ЕС в то время, когда он сталкивается с растущей негативной реакцией из-за запоздалого развертывания вакцины у себя дома, а США и Великобритания отдают приоритет внутренним поставкам. До конца лета западные страны, вероятно, будут заняты своими кампаниями вакцинации внутри страны. Пока они не могут или не желают вносить больший вклад в международное распространение вакцин словами и действиями, у Китая и России есть окно возможностей для расширения своего влияния. В этих обстоятельствах многосторонняя инициатива COVAX, которую спонсирует ЕС и к которой США присоединились позже при администрации Байдена, является многообещающей. Однако может возникнуть риск того, что его сочтут слишком маленьким, слишком поздно. В конечном счете, Лидеры MENA заинтересованы в том, чтобы США и ЕС играли более активную роль в международном распределении вакцин и их применении.

Последние могут пересмотреть свою политику в отношении вакцин, если они хотят сохранить свое значительное влияние в регионе и противодействовать тенденции к отступлению от демократии и авторитарному восстановлению. В противном случае отношения стран MENA с Россией и Китаем могут стать более прочными в постпандемическом мире. Хотя достижения ЕС в разработке вакцин в принципе похвальны и могут сыграть значительную роль в обеспечении равного доступа к вакцинам в регионе и за его пределами, открытой политизации таких усилий можно избежать только в том случае, если ЕС и США возглавят многосторонние усилия по предоставлению альтернатив.
Tags: covid-19, mena, Ближний Восток, Вакцинация, КНР, Китай, Коронавирус, Магриб, Пандемия, Персидский Залив, РФ, Россия, Северная Африка, Эпидемия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments